Заявка на курсы Как стать участником общества ITA RUS
Российско-итальянский культурный
центр «Данте Алигьери»
Istituto Italo-Russo di lingue e culture
Comitato “Dante Alighieri”
г. Ростов-на-Дону, ул. Нансена, 109
+7 (863) 299-39-20
+7 (928) 908-09-10
dante-rostov@mail.ru
Данте в мире
«…Любовь, что движет солнце и светила».
Данте Алигьери. Рай, песнь 33.
Обучение в Италии
Все лучшие языковые школы Италии
— здесь!
Клуб друзей Данте
Приобщайтесь к нашей культурной
программе и Клубу друзей «Данте»!
Португальский язык
Португальский – ваш ключ к Португалии,
Бразилии и странам южной Африки.
Английский язык
Учите английский с «Данте»
Русский язык, как иностранный
«Красота, величие, сила и богатство
российского языка».
Ломоносов.

Гарибальди

Таганрог, известный всему миру как город Чехова, также может быть назван самым «итальянским» городом в России. Именно отсюда начался великий путь Джузеппе Гарибальди, национального героя Италии, объединившего страну в 1860-1871 гг.

Длящиеся столетиями экономические связи и культурный диалог связывают между собой Италию и этот российский порт на Азовском море.

В эпоху Средневековья (XII-XIV века) Приазовье активно осваивали генуэзские и венецианские купцы. Из Италии в Приазовье доставлялись различные сукна, полотно, холсты, медь и олово, которые отсюда отправлялись на Восток или в далекую Московию.

Как известно, на берегах Черного и Азовского морей итальянцы основали несколько торговых факторий, среди них – легендарная Тана, что на территории современного Азова, и Порто-Пизано, располагавшаяся в районе нынешнего Таганрога.

С момента основания Петром Первым г. Таганрога выходцы из итальянских земель играли значительную роль в истории города. Так, венецианский капитан Маттео Симонт участвовал в строительстве Таганрогской гавани. А первым иностранцем, получившем от Петра I право жить и торговать в Таганроге, стал Савва из Рагузы, он же Савва Рагузинский. Этот итальянец сербского происхождения, любимец Петра, способствовал налаживанию торговли через Таганрогский морской порт. С тех пор немало их соотечественников побывало в таганрогском порту. На улицах этой южной торговой столицы, в ее тавернах и гостиницах – почти повсеместно можно было услышать их речь.

В конце XVIII века Таганрог, крупнейший в то время порт юга России, «окно в Средиземноморье» стал местом расположения многих иностранных консульств. Итальянское консульство, просуществовавшее до 1918 г., дало название одной из центральных улиц города, где в начале  XX века жил Л. Б. Мошетти – «макаронный король» Таганрога и по совместительству консул Италии.

В это же время Таганрог переживал хлебный бум. В отдельные годы до 90% русского хлебного экспорта отправлялась в Италию через этот порт. Особой популярностью пользовалась выращиваемая в Приазовье и на Дону пшеница твердого сорта «арнаутка». Именно она, переименованная в Италии в «рasta Taganrog», использовалась для изготовления знаменитых итальянских макарон и спагетти. Кстати, есть в Италии и сорт виноград и соответствующее вино Taganrog.

Также во второй половине XIX века Таганрог прославился как город второй в России итальянской оперы. С 1853 по 1870 гг. в городе постоянно гастролировали итальянские оперные труппы. Для их выступлений было построено здание театра. По свидетельству историка П. П. Филевского, «…оперой увлекались решительно все. Уличные и народные песни были забыты, извозчики, стивидоры, горничные, прачки – все пели Лукрецию Борджиа, Лючию, Трубадура, Роберта-Дьявола, Бал-маскарад, Риголетто, Севильского цирюльникаи пр.».

Большой вклад в развитие музыкальной культуры внесла семья Молла. На протяжении нескольких десятилетий Гаэтано (отец) и Валерио (сын) Молла стояли во главе городского симфонического оркестра, учили музыке юных таганрожцев.

Еще одна яркая личность связала Италию и наш южно-русский город – знаменитый «красный барон», талантливый авиаконструктор, ученый-физик и математик Роберт Л. Бартини с 1944 по 1956 гг. работал на таганрогском авиационном заводе.

 Память об этих людях жива, сохранилась она и в музейных экспозициях и в топонимике города (улица Итальянская, переулок Гарибальди).

И все же оказалось достаточным визита всего лишь одного итальянца, чтобы Таганрог попал на важнейшие страницы истории Италии. Потому что этим итальянцем был  Джузеппе Гарибальди. Будучи молодым капитаном, во время своих торговых плаваний на восток на яхте «Клоринда» Гарибальди не раз бывал в Таганроге (1831-1833). Джузеппе привозил сюда апельсины, табак, сигары. В местном краеведческом музее хранится таможенный журнал за 1831-33 гг., в котором записана провинность Гарибальди – незадекларированная партия сигар. Кто бы мог тогда опознать в этом молодом предприимчивом парне будущего генерала, отца единой Италии, «героя двух миров»?!

Действительно, имя Гарибальди олицетворяет собой самую драматичную эпоху в итальянской истории XIX века – Рисорджименто, то есть движение за объединение Италии. Это название происходит от слова risorgere, что значит возрождаться, воскресать, подниматься вновь.

Итак, с 30-х гг. позапрошлого века в итальянском обществе зрели планы освобождения и объединения родины, раздробленной и находившейся под австрийским и французским господством. Молодой Гарибальди был глубоко неравнодушен к судьбе Отечества. В своих мемуарах он писал: «С ранних лет горячо любя свою страну и горячо страдая из-за того, что она находится в состоянии рабства, я жаждал быть посвященным в тайну ее возрождения. Поэтому я повсюду искал книги и сочинения, в которых шла речь о борьбе за свободу Италии и старался найти людей, посвятивших себя этой борьбе». Затем Гарибальди описывает событие, ставшее для него судьбоносным: в таганрогском порту он познакомился с итальянцем из Лигурии, патриотические речи которого просто поразили его. «Колумб наверное, не испытывал такой радости при открытии Америки, какую испытал я, когда столкнулся с человеком, посвятившем себя освобождению родины. Я душой и телом отдался этому делу… Так я вступил на общественное поприще».

Историкам не удалось точно установить имя того лигурийца, встреча с которым так вдохновила будущего национального героя. В отечественной литературе принято считать, что им был Дж. Б. Кунео (1809-1875) – пламенный революционер, член тайного революционного общества «Молодая Италия». Сам Кунео в своей книге «Биография Гарибальди», однако,  не пишет об этом эпизоде. Как бы то ни было, для нас не так уж важно имя лигурийца. Он был одним из таких же пламенных патриотов, каким был и Гарибальди, какими были мадзинисты и многие другие итальянские патриоты в то время. Для нас важно, что путь борца за свободу и единство национального героя и освободителя Италии начался для Гарибальди именно с этой встречи в одной из портовых кофеен Таганрога.

Ведь именно в 1833 г. вдохновленный Гарибальди встал на революционное поприще, возглавив восстание в Лигурии. А потом был побег в Южную Америку, борьба за независимость Рио-Гранде и Уругвайской республики, возвращение в родную Италию после событий 1848 г., защита Римской республики, вновь изгнание, участие в войне с Австрией, знаменитый поход его «тысячи» на Сицилию и многое-многое другое…

А «просветление» Гарибальди в таганрогской остерии было увековечено в стеле Гарибальди, установленной в Таганроге неподалеку от порта в 1961 г. Стела с барельефом героя является единственным в России памятником «отцу Италии». В сентябре 2007 года в честь двухсотлетнего юбилея Гарибальди, по инициативе российско-итальянского культурного центра «Данте Алигьери» в Ростове и в Таганроге прошли праздничные торжества и мероприятия, главными из которых стали визит итальянской делегации с правнучкой  национального героя Италии – Аннитой Гарибальди, и установление нового мраморного бюста Гарибальди. В 2008 году в дар Таганрогскому историческому музею была передана картина «Гарибальди в Таганроге» из Миланского национального музея Рисорджименто.

Соотечественники знаменитого героя знают и помнят о Таганроге, сыгравшем важную роль в судьбе их Отечества благодаря непредсказуемым перипетиям истории.

 

Как остроумно заметили студенты ростовского истфака: «Таганрог – зеркало итальянской революции»,  «А что было бы с Италией, если бы в далеком 1833 году Гарибальди не прибыл в Таганрог с сицилийскими апельсинами на борту?», «После веселого вечера в портовой кофейне Таганрога, где на Гарибальди упал луч пассионарности, он отправился освобождать народы Южной Америки и заодно родную Италию».

 

Некоторые дополнительные исторические факты по теме

 

2-й Крепостной переулок  был переименован в улицу Гарибальди в 1961 году. Скорее всего, решение проводилось Ленинским райисполкомом г. Таганрога.

Во II-ой половине 19 века итальянское Консульство находилось в доме итальянского консула Иосифа (Джузеппе) Росси по пер. Итальянскому (отсюда и название переулка), дом № 19. Этот дом сохранился. В начале 20 века консулом стал Б.Л. Мошетти и Консульство распoлагалось в его конторе в порту. Здание не сохранилось.

Стела с барельефом  Гарибальди была установлена по решению исполнительного комитета  Совета Депутатов Трудящихся  от 18 мая  1961 года в районе яхт-клуба. Здесь же был разбит и благоустроен сквер, по-видимому, в честь 100-летия  революции в Италии.

Но со временем стела ветшала и за долгие годы потеряла всякую художественную и эстетическую ценность. В 2007 году, когда во всем мире отмечали 200-летие яркой исторической личности Дж. Гарибальди, президент ростовского общества «Данте Алигьери» Н. Ю. Чигридова начала компанию по включению празднования на Дону юбилея итальянского героя в официальный международный перечень мероприятий. В результате были организовны не только визит делегации Посольства Италии в Ростовскую область, приезд и участие в торжествах правнучки Анниты Гарибальди Жале, но и главное  – силами города (мэр Н. Д. Федянин) была радикально реставрирована стела Гарибальди и установлен новый мраморный бюст Гарибальди работы донских художников (скульптор Д. Бегалов, архитектор В. Козлов). Этот красивый памятник стал достойным символом российско-итальянских исторических связей. И всё же итальянцы, трепетно относящиеся к прошлому, с сожалением отмечают, что на ней не осталось мемориальной доски с фразой Ф. Энгельса: «В лице Гарибальди Италия имела героя античного склада, способного творить чудеса и творившего чудеса».

Копия картины Итало Нунес Ваис Italo Nunes Vais «Гарибальди в Таганроге» была передана в 2008 г. Таганрогскому историческому музею из Миланского национального музея Рисорджименто благодаря посредничеству Института итальянской культуры в Москве и лично г-ну Giovanni Perrino Джованни Перрино. В память о праздновании 200-летия Гарибальди в музее (Дом Алфераки) осталась также  передвижная выставка «Таганрог итальянский», выполненная по заказу ростовского общества «Данте Алигьери».

История пребывания Гарибальди в городе-порте на Азовском море, а также установка в Таганроге его стелы в 1961 г. и нового мраморного бюста в 2007 г. стали одной из тем книги итальянских историков «Garibaldi: percorsi mediterranei», вышедшей в 2011 году.

Джузеппе Гарибальди. Судьба героя в судьбе Италии.

 

          Имя Гарибальди олицетворяет собой самую драматичную эпоху в итальянской истории XIX века – Рисорджименто, то есть движение за объединение Италии. Это название происходит от слова risorgere, что значит возрождаться, воскресать, подниматься вновь. Италия вставала с колен, а до того на протяжении столетий, по высказыванию одного историка, она была «не больше, чем пустой звук».

Рисорджименто дало Италии и миру много прославленных имен, но далеко не все из них стали национальными героями такого масштаба, как Гарибальди. Народная память, да и многие небеспристрастные историки сделали много для того, чтобы наделить этого человека чертами идеального полумифического героя, как часто бывает с именами героев абсолютно реальных. А как же без политически ангажированных искажений его идей и роли, сыгранной им в истории Италии? Бывало, его изображали как предвозвестника то чуть ли не коммунистических, то чуть ли не фашистских идей.  Действительно, во многом его политические взгляды сложны и противоречивы,  однако то, чему он был всецело верен всю свою жизнь, это стремление к единству и свободе Италии. Таково было его жизненное кредо. И любовь к родине была его религией.

           В течение нескольких столетий на территории Италии бушевали захватнические войны европейских держав. В результате господства феодальных порядков и иностранного господства, в начале XIX века страна была раздроблена на восемь государств. На севере находилась Ломбардо-Венецианская область, подчиненная Австрии; рядом – Сардинское королевство (Пьеомнт), которое включало в себя собственно Пьемонт и Сардинию; в Центральной Италии были расположены герцогства Парма, Модена, Тоскана и Лукка, а также Папское государство; не Юге находилось королевство Обеих Сицилий, в котором правила
испанская ветвь французской династии Бурбонов.
Словом, то, что мы сегодня называем Италией, было всего лишь географическим понятием, захолустным уголком Европы, где, по мнению многих современников, царили вопиющие политические и социальные порядки.  Но в умах и сердцах итальянских патриотов – мыслителей,  деятелей искусства, революционеров, уже рождалась единая и свободная Италия.

            Это было неспокойное время. Первыми на борьбу против абсолютистских режимов и иностранного господства поднялось тайное общество карбонариев, однако, их попытка совершить революцию потерпела поражение. Затем их дело продолжили революционные организации Мадзини, и именно его идеи вдохновили Джузеппе Гарибальди.

             Он родился в Ницце, в 1807 году, когда этот город еще принадлежал Италии. Будучи молодым моряком, бороздившим Средиземное и Черное моря, в 1833 году он решил посвятить всю свою жизнь освобождению родины и встал на революционное поприще.

           Первый опыт борьбы оказался неудачным: восстание в Лигурии, которое он возглавил, было подавлено, а саму Гарибальди заочно был вынесен смертный приговор. После побега из тюрьмы для него начались годы изгнания, но это были вовсе не скитания мятежного беглеца, а сражения за независимость Рио-Гранде и Уругвайской республики. Его воинский путь начался в Новом свете, и впоследствии он получил прозвище «героя двух миров».

          Наступивший 1848 год принес Европе волну революций, захлестнувшую так же и Италию, где в это время  ширилось национально-освободительное движение. Отстаивая чужую свободу в Южной Америке, Гарибальди никогда не терял из вида положение дел на родине. Узнав о том, что, вероятно, настал час для самой важной битвы, водрузив итальянский триколор на своем судне, исполненный радостных надежд, он поспешил в Италию, несмотря на ожидавшую его смертную казнь.  Первым делом он направился в Пьемонт к королю Карлу-Альбрту, чтобы предложить ему свою шпагу «на служение Италии», ведь именно дело объединения Италии этот человек ставил выше своей жизни.  

         Как Гарибальди писал в своих мемуарах, перед ним стояла четкая цель: «содействовать восстанию там, где оно было в разгаре, и распространять его в тех местах, в которых его еще не было». Где вспыхивали самые ожесточенные бои – там был и Гарибальди, и, когда его помощь понадобилась в провозглашенной революционерами Римской республике, оборонявшейся от французских войск, он поспешил туда и у римских городских стен проявил невероятное мужество, храбрость и полководческий талант. Через месяц кровопролитных боев, когда положение осажденного города становилось все более шатким, на Учредительном собрании был поднят вопрос: возможно ли продолжать оборону? Вдруг в зал заседания явился Гарибальди, и его появление стало одним из самых драматичный моментов в короткой истории Римской республики 1849 года и весьма характерным эпизодом для жизни Гарибальди.  Он пришел прямо с передовой линии, в изодранной одежде, испачканный грязью, пропитанный запахом крови и пороха. Депутаты стоя приветствовали его аплодисментами. Он произнес горькие слова о том, что сопротивление еще сможет продлиться всего лишь несколько дней…

             После падения Римской республики неутомимый Гарибальди не останавливается: собрав отряд добровольцев, он решает пробраться в Венецию, где не все еще было потеряно. Это были одни из самых трагических дней в его жизни. Преследуемый австрийскими и французскими войсками, в том страшном походе, он потерял много своих товарищей, и вместе с ними верного друга, любимую жену Аниту. К тому же, стало ясно, что революция потерпела поражение. Однако эти лишения не сломили Гарибальди. После нескольких лет изгнания он продолжит борьбу.

             Революция 1848-1849 года была важным этапом на пути объединения и освобождения Италии. В эти годы Гарибальди уже стал национальным героем, проявив себя как руководитель революции, бесстрашный воин и пламенный патриот.

            Новый подъем национально-освободительного движения  в Италии начался в конце 50-х гг. К этому времени уже четко обозначились две тенденции в  объединении Италии: так называемое движение за объединение «сверху» исходило от политического руководства Пьемонта, а именно от савойского короля Виктора-Эммануила II и его министра Кавура. Другое движение, исходящее «снизу», – это были широкие массы итальянского общества, которые боролись не только за единство и национальное освобождение страны, но и за социальную справедливость и республику. Монархия видела в Гарибальди одного из лидеров движения «снизу». В противостоянии и борьбе этих движений рождалась единая Италия. В такой ситуации взаимоотношения пьемонтской политической элиты и Гарибальди были чем-то вроде сложной игры. С одной стороны, политики опасались Гарибальди и революционных масс, с другой стороны понимали, что именно за этим человеком народ пойдет в бой за освобождение страны и что этот народный герой нужен Италии, как воздух. Кавур понимал, что руками мятежника Гарибальди можно объединить Италию.

       В итало-австрийскую войну правительство поручило Гарибальди командование корпусом альпийских стрелков, состоявшим из одних добровольцев. Эти триумфальные победы Гарибальди доставались ему с большим трудом:  его отряд плохо снабжался оружием, ведь Пьемонт вовсе не намеревался оказывать ему должной поддержки. Более того, часто его корпус умышленно ставился в тяжелое положение. «Это была западня, чтобы погубить горсть храбрецов, действовавших на нервы некоторым большим воякам», –  писал он по этому поводу в своих воспоминаниях.

            Итало-австрийская война не принесла Италии долгожданной свободы и единства. Она была по-прежнему раздроблена и, к тому же, усилилась ее зависимость от Франции, выступившей союзницей Италии в этой войне. Это оскорбление национальных чувств вызвало очередной революционный пожар, в результате которого в Центральной Италии были установлены республики, и они приняли решение присоединиться к Сардинскому королевству.  Мощное восстание поднялось на юге, в деспотичном Королевстве обеих Сицилий. Тогда Гарибальди предпринимает свой самый знаменитый военный поход на Сицилию, ставший одной из ключевых вех Рисорджименто. Он известен как поход «Тысячи», хотя  название не точно определяет его численность: более вероятно, что в нем участвовали 1170 человек. Перед отъездом Гарибальди выступил с прокламацией «К итальянцам», а так же написал письмо Виктору-Эммануилу, в котором сообщил, что экспедиция  проводится под лозунгом «Италия и Виктор-Эммануил». Нужно сказать, что при этом Гарибальди не отрекся от своих республиканских убеждений. На протяжении всей свей жизни он подчеркивал, что был предан республиканским идеям, однако был готов пойти на компромисс с королевской властью, если видел, что это нужно для блага Италии.  Таким образом, Гарибальди проявил себя как дальновидный политик, ведь лозунг «Италия и Виктор-Эммануил» придавал экспедиции официальный характер.

            На рассвете 6 мая 1860 г. пароходы «Пьемонт» и «Ломбардо» вышли из Генуэзской гавани, увозя с собой Гарибальди и его волонтеров. Экспедиция была плохо вооружена. Всего 1018 ржавых ружей – но так ли уж это мало, если они находятся в руках добровольцев, в храбрости и высоком патриотизме которых был так уверен Гарибальди? 11 мая экспедиция высадилась в Марсале, двинулась по направлению к Палермо. Отряд гарибальдийцев, пестревший красными рубашками, уверенно преодолевал сопротивление неаполитанских войск, и пополнял свои ряды сицилийскими партизанами.  После падения Палермо Гарибальди и его «Тысяча» под ликование горожан  триумфально въехали в город. Бурбонская армия покинула город. Так, Сицилия, а вскоре и почти все южное королевство было освобождено. На занятых гарибальдийцами землях была устанавливалась революционно-демократическая власть их вождя. В конце концов королевство обеих Сицилий плебисцитом было присоединено в Пьемонту.  Однако эпопея «Тысячи» подошла к концу. В Неаполь прибыл Виктор-Эммануил, и вскоре Гарибальди сложил с себя властные полномочия, а все декреты, изданные им, были отменены. «Я стремился вернуться к своему одиночеству», – так Гарибальди в мемуарах заканчивает свой рассказ о походе «Тысячи». Совершив бесценный подвиг для объединения Италии, король-партизан был отправлен восвояси королем Италии Виктором-Эммануилом II и удалился на свой маленький остров Капреру.

В результате похода «Тысячи» объединение Италии было в основном завершено. Однако вне новообразованного Итальянского Королевства находились австрийская Венеция и Рим, в котором властвовали папа и французские войска.  Было необходимо воссоединить Италию и вечный город. В 1862 году раздался боевой клич: «Рим или смерть!» И снова это был клич Гарибальди.

            Увы, дважды попытки вождя краснорубашечников взять Рим были отбиты французскими, папскими и …итальянскими королевскими войсками. На этот раз Виктор-Эммануил объявил Гарибальди мятежником и направил свою армию против него.

            И снова потекли годы уединения на Капрере, то время как народного героя постепенно начали одолевать болезни и старость.

            Но вот разгорелась еще одна автро-итальянская война. Гарибальди снова в строю и он приносит Отечеству славные победы. В итоге Венеция была присоединена. А в 1870 году настал черед и Рима. Но по решению властей человек-легенда от этого похода был отстранен, поскольку монархия уже не нуждалась в нем. 2 июня 1882 года национальный герой Италии скончался на своем островке. Тысячи людей пришли проститься  с ним, его дети едва успевали прочитать тысячи телеграмм со всей Европы. Повсеместно проходили грандиозные манифестации.

            И при жизни, и после смерти Гарибальди пользовался большой популярностью у народов Европы и во всем мире. Он стал символом борьбы за свободу и образцом истинного патриота. вот как говорил о нем Виктор Гюго: «Что такое Гарибальди? Человек, ничего более. Но человек в самом высоком смысле этого слова. Человек свободы, человек человечности.<...> Есть у него армия? Нет. Только горсть волонтеров. Боевые запасы? Нет их. Порох? Несколько бочек. Орудия? Взятые у неприятеля. В чем его сила? Что составляет его победу? Что стоит за него? Душа народов». 

            Для Италии, несомненно, он был и остается национальным героем. Его роль в объединении страны чрезвычайно важна, несмотря на споры о том, был ли он движущей силой или всего лишь инструментом в руках Виктора-Эммануила II и Камилло Кавура, которым принадлежала направляющая роль в событиях Рисорджименто. Как бы ни было, те, кто чтит этого человека и его бессмертные подвиги, назвали его  «padre d’Italia» – «отец Италии».

 

Библиография:

  1. Гарибальди. Воспоминания. М., 1966.
  2. История Италии / Под ред. К.Ф. Мизиано. Т.2. М.,      1970.
  3. Степняк (Кравчинский) С.М. Джузеппе Гарибальди:      Биографический очерк. СПб., 1906.
  4. D.M.      Smith. Il Risorgimento Italiano. Roma-Bari, 1999.